28 лет назад, мы были вечно молоды и счастливы, по крайней мере, нам так казалось.
Мы с Анной снимали квартиру на окраине Ливерпуля, я работал младшим стажёром механика в небольшой компании по продаже автомобилей, Анна училась на переводчика. Наша квартира была продолжением нас самих: приглушенные тона, старая мебель, мои инструменты повсюду. Анна любила готовить и отправлять открытки в разные города. А я любил наблюдать за ней: помню, всегда удивлялся ее ловкости и изящным движениям, когда она замешивала тесто для моего любимого тыквенного пирога, как она клеила марки и когда мы шли в парк, кидала открытки в почтовый ящик. Анна была удивительная девушка с глазами маленького олененка, ее хотелось защищать и она не любила живые цветы. А еще, я однажды не пришел домой, потому что разлюбил нашу квартиру, ее зеркало в спальне, солнечную кухню. Но на самом деле я разлюбил ее, Анну с тепло-карими глазами и веснушками на плечах.
Мы с Анной снимали квартиру на окраине Ливерпуля, я работал младшим стажёром механика в небольшой компании по продаже автомобилей, Анна училась на переводчика. Наша квартира была продолжением нас самих: приглушенные тона, старая мебель, мои инструменты повсюду. Анна любила готовить и отправлять открытки в разные города. А я любил наблюдать за ней: помню, всегда удивлялся ее ловкости и изящным движениям, когда она замешивала тесто для моего любимого тыквенного пирога, как она клеила марки и когда мы шли в парк, кидала открытки в почтовый ящик. Анна была удивительная девушка с глазами маленького олененка, ее хотелось защищать и она не любила живые цветы. А еще, я однажды не пришел домой, потому что разлюбил нашу квартиру, ее зеркало в спальне, солнечную кухню. Но на самом деле я разлюбил ее, Анну с тепло-карими глазами и веснушками на плечах.
Комментариев нет:
Отправить комментарий